Она по праву считалась одной из красивейших актрис 1980-х годов. Головокружительная карьера, всенародная популярность, а затем - девятилетняя эмиграция в США, которую Людмила Нильская называет одной из главных ошибок в своей жизни. Но, несмотря на унизительную работу в чужой стране и предательство мужа, с которым прожила 20 лет, она не сломалась - нашла в себе силы вернуться в Россию и начать все с нуля.
   - Я стала играть главные роли в кино сразу после института: "Бешеные деньги", "Мелодия на два голоса" - эпизодов практически не было, - вспоминает актриса. - А на улице меня узнавали еще во время учебы в Щукинском училище - после роли польской шпионки Ядвиги в "Государственной границе". Интересно, что сначала мне предложили сыграть жену красноармейца, которую чуть не зарубили белые (в фильме ее сыграла Анна Каменкова). Но режиссер, увидев меня, передумал, хотя на роль Ядвиги сама Чурсина пробовалась! Я испугалась, стала отказываться - еле уломали. Потом в институте мне здорово влетело за то, что я работала в этом фильме без разрешения.
   Людмила призналась, что на съемках у нее, 20-летней студентки, случился бурный роман с одним из актеров. Но назвать его имя поначалу наотрез отказалась
   - Если ты по-настоящему играешь любовь с партнером, то невозможно остаться к нему равнодушной. Надо, чтобы он хоть чуть-чуть тебе нравился! Помню, как-то на съемках мне пообещали работу с красавцем болгарином Стефаном Данаиловым. А подсунули этого лысого прибалта Арниса Лицитиса! Как же я расстроилась! Тем более что была жутко холодная осень, а у нас по сюжету эротическая сцена прямо на земле. В результате нам одеяло под листья подкладывали и водку для согрева наливали.
   - Подождите, в "Государственной границе" вы только одного человека соблазняли по сюжету, которого пытались перевербовать…
   - Ну да, Володьку Новикова. Что ж, угадали, это он и есть. У него такое странное отрицательное обаяние… Потом он довольно деликатно себя вел - терпеть не могу, когда достают. Роман наш долго не продлился, но мы с ним до сих пор в очень добрых отношениях, перезваниваемся. Возможно, вскоре будем играть в одном антрепризном спектакле.
    Были у Людмилы в студенческие годы и более долговременные отношения. Около трех лет она прожила в гражданском браке с однокурсником Александром Галушевским.     -  Он был безумно красив - высокий, зеленые глаза, каштановые волосы, - вспоминает Нильская. - Но - не актер. Я ему говорила: "Учился ты в своем ветеринарном училище и продолжал бы учиться - все больше проку было!"
   Нас "развела" его мама. Она испугалась, что я, жительница города Александрова, претендую на их бесценную московскую жилплощадь. При том, что, будучи студенткой, я сама снимала квартиру, в которой мы с Сашей жили. Сейчас Александр вне нашей профессии.     Больше всех из однокурсников Нильской прославился Сергей Маковецкий. Вспоминает она о нем с теплотой.    - Говорят, он сейчас такой неприступный, но я его помню очень добрым, приятным парнем. Ему поначалу очень несладко пришлось, но он упертый, как валенок. Большую роль тут сыграла его жена, которая держит Маковецкого в ежовых рукавицах. Она фактически импресарио Сергея.       Самый скандальный и громкий роман у Людмилы Нильской случился с Борисом Щербаковым, женатым человеком, у которого в ту пору был маленький ребенок.     Отношения, которые у них завязались, иначе как авантюрой не назовешь. Поначалу Щербаков, как заклинание, твердил: "Я люблю свою жену!" - но потом перестал. Актер часто оставался ночевать у Людмилы, появлялся с ней в магазинах, где продавщицы прекрасно знали и самого Бориса, и его супругу. И в какой-то момент Щербаков решился - написал заявление в театре. Мол, в связи с разводом прошу предоставить хоть какую-то жилплощадь. Это заявление просто взорвало МХАТ! В лучших советских традициях было общее собрание, где постановили вернуть Щербакова в семью. Но все без толку.     Через два месяца после расставания с Борисом Нильская неожиданно для всех вышла замуж за давнего поклонника Жору. Брак явно неравный: она - звезда экрана, он - человек без образования и профессии. Да к тому же еще моложе Людмилы на пять лет.